— Мне казалось, — добавил он, — что это заставит декана обратить внимание на происходящее в наших учебных аудиториях. Я рассчитывал, что после этого будут изменения в сторону лучшего.

— Но ведь ты провалился на экзамене по анатомии, — напомнил Дайэтер.

Маккой покраснел. Воспоминания об этом до сих пор были свежи в его памяти.

— И это заставило декана обратить еще больше внимания на тебя, — произнес Дайэтер. — Что в том хорошего?

— Все относительно, — пробормотал Маккой. — В конце концов, закончилась эта история совсем не плохо.

Действительно, благодаря всему случившемуся тогда, декан медицинского факультета лично занялся его обучением и не отставал от Маккоя в течение трех месяцев, в результате чего, он сдал экзамен по анатомии на «отлично», и декан, пожав ему руку, сказал, что больше ему с ним делать нечего.

— Здесь, похоже, собирается слишком много народу, не так ли? — предположил Маккой, оглядывая толпу, постепенно облепившую перила.

— Меня они не смущают, ответил Дайэтер. — Тебе пришлось так много пережить из-за меня. Я этого никогда не забуду.

— Ладно, ерунда. Что касается тех времен… — Маккой замялся, не зная, как закончить фразу. «Неужели нельзя было попросту принять благодарность?» — Ничего особенного, — наконец произнес он. — Я был рад помочь.

— А я был рад принять от тебя эту помощь. И это одна из причин, вызвавших во мне желание встретиться с тобой прежде, чем ты вновь отправишься в полет. В двух твоих последних письмах промелькнули жалобы на бюрократические проволочки, царящие в Звездном Флоте…

— Уж не собираешься ли ты поступить на службу, Дайэтер? — спросил Маккой, хихикнув.

— Не смейся. Ты и представления не имеешь что значит испытать финансовые трудности. Я лишь хотел убедиться, что с тобой все в порядке.